Новости
Архив публикаций
Научный журнал
Свежие газеты

Политика в WWW
Технология кампаний
Исследования
Выборы-справочник
Законы о выборах


От редактора
О проекте
Информационные спонсоры

Наш форум
Гостевая книга
Пишите письма

Top
Архив наших публикаций. Комментарий

 
СЕРЕБРО ДЛЯ КАНДИДАТА

Похоже, большая часть аналитиков может, не дожидаясь 26 марта, спокойно уйти в отпуск. Свою задачу они выполнили: неизбежная победа Путина стала ясна не только избирательному штабу Владимира Владимировича, но и нам с вами, уважаемые “рядовые избиратели”. Оставим бесплодные надежды и пойдем на кухню пить чай и вести бесплодные разговоры о вредности безальтернативного выбора для судьбы российской демократии (по телефону после известного указа исполняющего обязанности не очень-то поговоришь).

Поговорим о том, как снова не повезло лидеру российских коммунистов, победа которого только год назад не вызывала никаких сомнений. Достанем прошлогодние газеты и посмотрим, как Геннадий Андреевич Зюганов лидировал по результатам всех опросов общественного мнения. Ближе к концу года лидировал Примаков, а Зюганов держал твердое второе место. На эти выборы Евгений Максимович не пошел, а коммунистам по-прежнему до победы так же далеко, как до Луны.

Что же случилось? Куда девалась готовая “партия власти”, на настоящий момент обладающая, пожалуй, самой мощной и разветвленной структурой, способной обеспечить поддержку на местах и закидать шапками любого, кто осмелится приблизиться к вакантному трону? Куда делись гиперактивные бабушки - агитаторши, которых так много было в 1993 году и не меньше перед предыдущими президентскими выборами? Я уже много дней ищу в своем почтовом ящике листовку, призывающую голосовать за лидера коммунистов, - ищу и не нахожу. Не означает ли это, что КПРФ досрочно признает себя побежденной и соглашается со вторым местом, которое, может быть, займет в президентской гонке ее лидер (если его все же не опередит Явлинский, который отрабатывает эту кампанию по полной программе)?

Борец с антинародным режимом.

Почитайте биографию Геннадия Андреевича. Показательно, что последняя важная дата в ней - 1996 год, когда лидер КПРФ принимал участие в предыдущих президентских выборах и, как все помнят, проиграл во втором туре Ельцину, на голоса которому “скинулись” практически все кандидаты-аутсайдеры. Неужели все эти четыре года Зюганов занимался только руководством партией и не принял участие ни в одном мало-мальски громком событии?

Обратимся к политической хронике прошлого года. Насколько активен был лидер коммунистов в это время?

18 января 1999 года Зюганов призывает передать премьер - министру президентские функции. Мы бы долго гадали, что бы это значило, если бы не помнили, что премьерское кресло в этот момент занимал Евгений Максимович Примаков, с которым, надо сказать, у коммунистов особых разногласий не было. Примаков относился к союзу с КПРФ довольно прохладно, однако Геннадий Андреевич с первых же дней премьерства бывшего министра иностранных дел заявлял о полной поддержке его действий.

3 февраля Геннадий Андреевич выступает против отмены смертной казни (незадолго до этого заявления Конституционный Суд смертную казнь отменил).

10 февраля Зюганов предлагает избирать президента не в ходе общенародного голосования, а посредством специально сформированного представительного собрания, что, по его мнению, обойдется гораздо дешевле. Экономия государственных средств - дело важное, однако не следует забывать, что на тот момент пальму первенства по популярности делили Евгений Примаков и все тот же Зюганов, а позиции левых в Думе были более чем сильны. Из кого бы ни было сформировано предложенное коммунистами представительное собрание, наибольшие надежды на победу при голосовании мог питать опять же лидер КПРФ.

19 марта Зюганов объявил, что коммунисты отказываются принимать участие в обсуждении проекта политического соглашения до тех пор, пока на президентском посту остается Ельцин. Геннадий Андреевич вновь говорил об опасности государственного переворота, который, по его мнению, готовили Борис Березовский, Анатолий Чубайс и Татьяна Дьяченко, и настаивал на переделе власти. Все это было бы похоже на попытку политического шантажа, если бы у самого Зюганова были бы хоть какие-то надежды на то, что этот шантаж удастся. Выражая мысль бессмертными словами Черномырдина, можно сказать: хотели как лучше, а получилось, как хотели Дьяченко и Березовский. Не думаю, что и у самого-то Геннадия Андреевича были хоть какие-то надежды на отставку президента и объявление досрочных выборов.

24 марта Зюганов призывает руководство России разорвать все отношения с НАТО и снять с себя обязательства не поставлять оружие в Ливию, Югославию и Ирак. Все понятно, непонятно только, почему это заявление было сделано во Франции. В России Зюганов неоднократно критиковал позицию Москвы по отношению к НАТО (в Государственной Думе пару лет назад проходила даже конференция “Анти-НАТО”, в работе которой коммунисты принимали достаточно активное участие). Известна и благожелательная позиция КПРФ по отношению к Югославии и Ираку, не говоря уже о Ливии, которая устами Муамара Каддафи единственная из зарубежных стран приветствовала создание ГКЧП и восстановление “социалистической законности”. Но морально поддерживать власти этих стран и торговать с ними оружием - это две разные позиции. Соединенные Штаты Америки в то время обвиняли все названные государства в поддержке террористов, но если своим выступлением Зюганов пытался задеть США, укол получился булавочным - прямо против США он так и не выступил.

8 июня Зюганов вместе с Николаем Рыжковым и Николаем Харитоновым требует отстранения Виктора Черномырдина от должности специального представителя Президента РФ по Югославии. Это событие можно оставить без комментариев: нелюбовь левых к человеку, который более пяти лет фактически руководил страной, широко известна.

Наконец, 27 июля 1999 года Геннадий Зюганов объявил о создании предвыборного блока “За победу! “. В новый блок сразу же вошли КПРФ и депутатская группа “Народовластие”. Попытка консолидировать левые силы закончилась тогда провалом: создание нового блока вызвало раскол в Аграрной партии России: в то время как парламентская аграрная депутатская группа во главе со своим лидером Николаем Харитоновым поддержала идею вхождения партии в блок, лидер партии Михаил Лапшин высказался резко против, заявив, что не исключен союз аграриев с Евгением Примаковым и движением “Отечество”, которое в то время единолично возглавлял мэр Москвы. Опять же хотели как лучше...

Наконец, продравшись через предвыборную кампанию без особых потерь, на декабрьских парламентских выборах партия Зюганова получила 24,29% голосов и смогла провести в нижнюю палату парламента 67 человек из своего партийного списка, вновь заняв первое место. Раскол в Аграрной партии и фактический развал Народно-патриотического союза привел к тому, что очень многих голосов коммунисты так и не получили. Обратите внимание, что в числе аутсайдеров парламентских выборов большинства движений и объединений левого толка, которые в совокупности набрали около 10% голосов. Коммунисты могли бы увеличить свое представительство в парламенте почти в полтора раза, но не воспользовались этим. Причина - потеря идеологической базы, о чем мы еще будем говорить.

Вот и все, что сделал Геннадий Андреевич в прошедшем выборном (и предвыборном) году. Согласитесь, для лидера крупнейший российской политической партии это крайне мало. Можно назвать еще несколько малозначимых событий: так, в январе Зюганов был с визитом в Югославии (еще до известных событий), в феврале отмежевался от участия в скандале вокруг антисемитских выступлений генерала Макашова (подчеркиваю: отмежевался, не от самих заявлений, а от их обсуждения), а ближе к осени провел еще один пленум партии. На фоне бурной деятельности, например, Владимира Жириновского, который то с машинистами, то с трактористами, то на телевидении, то на митинге, то в бассейне у Саддама Хуссейна, Зюганов, похоже, слишком успокоился.

После 1996 года сказать о Зюганове, похоже, нечего. За прошедшие годы амплуа “борца с антинародным режимом” оказалось отработанным полностью. Набор сюжетных ходов для такой роли весьма ограничен. Можно устраивать митинги, шествия и демонстрации. Но практика показала, что чем дальше, тем меньше народу собирается под флаги коммунистов (что тому причиной - политическая апатия или тот факт, что с годами все меньше становится прокоммунистически настроенных пенсионеров - сказать трудно). Можно по субботам после обеда громить политику президента и его окружение. Но Геннадий Андреевич уже давно лишился монополии на критику Бориса Николаевича. Теперь это умеют делать лучше него - не пустыми бездоказательными обвинениями, не риторическими фразами, а фактами, чего, к сожалению, у КПРФ пока не видно.

В году наступившем сказать о Геннадии Андреевиче почти нечего. Все, что он говорил или делал, было связано только с этапами прохождения его кандидатуры через Центральную избирательную комиссию. Зюганов первым представил в ЦИК подписные листы и получил формально самую выгодную позицию для начала предвыборной кампании. Однако в январе - начале марта никаких известий лично от него не поступает. Сбор подписей проводится весьма тихо. Понятно, что у коммунистов не было необходимости фальсифицировать подписи - их социальная база, к анализу которой мы еще вернемся, достаточно широка. Но давно известно: отсутствие скандала не идет на пользу человеку, стремящемуся поддержать свою популярность. Уверен, что скандал вокруг регистрации Жириновского только добавил лидеру ЛДПР два - три процента, а может быть, и больше. Вести сбор подписей именно таким образом можно позволить себе только партия, лидер которой абсолютно уверен в победе - а проводившиеся этой зимой социологические исследования такой уверенности Зюганову внушить не могли.

С политическими заявлениями Геннадий Андреевич начал выступать буквально на днях, видимо, стремясь полностью отработать эффект последних дней, когда все, что говорится и делается кандидатами, воспринимается наиболее непосредственно. Однако следует учесть, что значительная часть традиционно аполитичного населения, привыкшего, тем не менее, ходить на выборы, видя отсутствие видимой альтернативы действующей власти, уже сделала свой выбор в пользу Путина, и свернуть ее на свои позиции за оставшиеся дни будет нереально.

Существует социологический закон: чем чаще тот или иной политик появляется на экране, тем больше его знают, а чем больше его знают, тем больше народа выражает готовность прийти под его знамена. Но сам по себе политик ничего не значит. Его делает окружение, в данном случае, партия.

Партия борца с антинародным режимом.

Весь свой нынешний политический капитал Коммунистическая партия Российской Федерации наработала в 1993-1994 годах, когда митинги и шествия сменяли друг друга, а листовкам и статьям не было конца.

Зюганов возглавляет партию практически с момента ее создания - с мая 1993 года. В первое время существования вокруг КПРФ вертелось несколько известных в то время политиков, однако Геннадию Андреевичу довольно легко удалось оттеснить всех от руля партийного управления и получить в КПРФ неограниченную власть. Коммунистам удалось тогда объединить под своими знаменами значительную часть левых, а значит, консолидировать силы. Пройди президентские выборы тогда, у Ельцина было бы гораздо меньше шансов вновь занять свой пост - западные социологи показывали, что на стороне КПРФ, которая тогда рассматривалась как реальная правопреемница запрещенной Ельциным после попытки государственного переворота 1991 года КПСС, были симпатии не менее 50% населения страны. Это вполне понятно: экономическая и политическая нестабильность, стремительный рост преступности, отсутствие социальных гарантий очень быстро исчерпали кредит доверия демократов, Тогда-то и нужно было брать власть в свои руки. Однако Зюганов, боясь остракизма со стороны мирового сообщества, все время пытался показать себя социал-демократом “европейского образца”, который добивается поставленных целей исключительно парламентскими средствами.

Таким образом, КПРФ удалось на первом этапе своего существования собрать под своими знаменами значительную часть общества. Этому вполне способствовала заявленная тогда программа: построение социализма, воссоздание СССР (хоть и с некоторыми оговорками), восстановление советской системы. Все это означало опору на консервативные слои общества и должно было принести успех.

После 1995 года, а особенно после объявления результатов президентских выборов 1996 года блок партий и движений, сплотившихся вокруг КПРФ, стал потихоньку расползаться. Причина - программные уступки, сделанные партией в преддверии президентских выборов. Все было ясно, что действующие власти и подконтрольные им средства массовой информации направят острие своей критики именно против КПРФ, еще сохранявшей в обществе позиции лидирующей политической силы. Перепугался Запад, увидевший, что коммунистические силы вовсе не были побеждены в 1991 году и окончательно рассеяны осенью 1993 года. В панику ударились определенные социальные слои в свежесозданных республиках ближнего зарубежья - в меньшей степени на Украине и в Беларуси и в большей - в странах Прибалтики. Возможный коммунистический реванш нес им экономический крах и реальную опасность уголовного преследования (пожалуй, никому не надо рассказывать, какое количество преступлений вершилось в первые годы после распада Советского Союза за ширмой строительства независимого государства).

Снижая накал критики, Коммунистическая партия идет на изменение ряда принципиальных статей собственной программы. Очевидно, в этот момент в партии побеждает “охранительное” направление, допускающее, к примеру, существование в России частной собственности.

Ревизия программы правильно понимается потенциальными избирателями коммунистов. То количество голосов, которое получил Зюганов, показывает, что компартия пока не теряет сторонников. Однако и после поражения на президентских выборах идеологическая платформа КПРФ продолжает эволюционировать все в том же направлении. Естественно, без участия лидера такие процессы проходить не могут. Следовательно, не кто иной, как Геннадий Зюганов, выступил в поддержку идеи существования частной собственности (а что делать: если бороться с явлением так и не получается, явление необходимо узаконить), стал более либерально относиться к идеям рыночной экономики и все меньше и меньше стал говорить о “социальной справедливости”, заменив этот привычный для левых термин на “социальные гарантии”.

Результат ревизии платформы - раскол. Несколько лет назад лидер коммунистов был вынужден признать, что за последнее время от партии откололось несколько “групп”, причем в расколе обвинялись лидеры этих групп, которые поставили личные интересы выше общественных и увели своих сторонников из КПРФ, руководимые только личными амбициями. Действительно, тому же Виктору Анпилову стало не по пути с КПРФ, потому что Анпилов продолжал придерживаться первоначальной программы левых, а Зюганов и его сторонники от нее отошли, растеряв сторонников.

Реакция избирателей на результаты президентских выборов наступила значительно позже, тогда, когда стало ясно, что измененная программа - не тактический ход КПРФ, а свершившаяся эволюция, отражающая воззрения лидера партии. Коммунистов перестали поддерживать леворадикальные элементы, в первую очередь те, кто выступает за восстановление Советского Союза. Они стали электоратом левоэкстремистских партий, движений и группировок (таких, как, например, анпиловская “Трудовая Россия”, популярность которой, судя по числу участников их митингов, в последние годы росла), чья программа не двигалась в сторону политического центра.

Почитайте сегодняшние программы КПРФ. Кроме неизменной риторики, она практически ничем не отличается от программы тех, кто поддерживает Путина. Оба - и Зюганов, и Путин - выступают за сохранение сильного государственного сектора экономики и упрочение государственных монополий. осторожно относятся к идее введения частной собственности на землю и так далее (в одной из своих предыдущих статей мы подробно анализировали экономические части программ обоих кандидатов).

Кстати, о частной собственности на землю. Конечно, Геннадий Андреевич выступает против введения этого института. Но можно ли сравнить его активность в этом вопросе с активностью Аграрной партии России? Вести из регионов приносят сведения об ожесточенной борьбе, которую именно аграрии ведут в региональных Законодательных Собраниях. У коммунистов намного больше сил, чем у Лапшина и Харитонова вместе взятых - так пусть устроят пикет (не обязательно в Москве - можно в Самаре или Саратове), еще поставят вопрос о запрете частной собственности на землю перед Государственной Думой, привлекут Генеральную прокуратуру, наконец (еще раз напомню, что введение частной собственности на землю в ряде субъектов РФ противоречит Конституции Российской Федерации)! Так ведь нет: лучше ограничиться словами. И после этого нечего удивляться, что аграрии (не прокоммунистического Харитонова, а формально независимого Лапшина) в регионах получают все больше и больше голосов, а коммунисты - все меньше. Крестьянство поддерживает того, кто реально защищает его интересы, а не того, кто об этом только говорит.

Лишним доказательством разобщенности в стане коммунистов можно считать и деятельность доверенных лиц Геннадия Зюганова. Лидер коммунистов не всегда сам участвует в теледебатах. Если прислушаться к тем людям, которые его заменяют, легко можно подметить разницу между тем, что они говорят. На несовпадение позиций Зюганова и его представителя Сергея Глазьева в дебатах утром 21 марта указали даже другие кандидаты. Конечно, в штабе Владимира Жириновского или Григория Явлинского, где позиции программы или жестко “спускаются сверху”, или являются продуктом “коллективного разума”, такого быть не может.

Не видя большой разницы, избиратель сейчас находится на распутье: можно проголосовать как за программу Путина, так и за программу Зюганова. Но при прочих равных обстоятельствах кандидатура Путина будет выглядеть предпочтительней, хотя бы потому, что он, как говорят средства массовой информации, пользуется значительно большей поддержкой населения, а значит, имеет большие шансы на победу. Кроме того, Путин уже облечен государственной властью, а значит, имеет возможность реально действовать. Не удивлюсь, если для многих именно этот факт станет (или уже стал) решающим при выборе “своего” кандидата.

Из единой четко структурированной партии КПРФ постепенно превратилась в некое аморфное соединение разнородных политических сил. Всего два примера.

Пример первый. Одним из соперников Зюганова на выборах Президента РФ стал Алексей Подберезкин - личность не слишком известная населению, но, согласитесь, достаточно популярная среди ультралевых. Программа Подберезкина, опубликованная в разных газетах, обнаруживает не слишком большое сходство с заявлениями Зюганова. Главное ее отличие - радикализм; Алексей Иванович восстанавливает старые позиции: восстановление СССР, советской власти и государственной экономики. Свои подписи он собрал немногим медленнее, чем Зюганов: напомню, что он был зарегистрирован в качестве кандидата на пост президента уже 9 февраля, что всего на день позже, чем Зюганов, и почти на неделю раньше, чем фаворит нынешней предвыборной гонки Владимир Путин. Мы привыкли к тому, что потенциальные аутсайдеры регистрируются обычно позже всех; и на этот раз тройка кандидатов, зарегистрировавшихся последними (за исключением Жириновского, у которого возникли непредвиденные проблемы, это Скуратов, Савостьянов и Джабраилов), совпадает со списком потенциальных претендентов на ноль целых ноль десятых процентов.

Последние социологические опросы говорят о том, что одним из абсолютных аутсайдеров станет и Подберезкин, рекордно быстро собравший подписи. Где же разрекламированные радикалы? Где активисты митингов Анпилова? Неужели они отказываются от мечты восстановления Советского Союза и голосуют за лидера коммунистов? Аутсайдером Анпилова называют даже издания, подконтрольные КПРФ. А не идет ли тут борьба за власть в левом лагере? Не подхватывают ли независимые издания рейтинги, инспирированные коммунистами и теми, кому невыгодна победа радикалов вообще? Прямых доказательств, конечно, нет. Но обратитесь к коммунистической прессе - “Правде” или “Советской России”, которые призывают голосовать за Зюганова. Мне никак не удается найти там конструктивной критики, к примеру, Титова или Жириновского. Критикуются двое - Путин и... Поберезкин. Неладно что-то в Датском королевстве - идет слишком активная подковерная борьба между официальными союзниками. А мы еще удивляемся, почему КПРФ теряет очки.

Пример второй. Недавний альянс фракций КПРФ и “Единство” при выборах спикера Государственной Думы. Альянс неожиданный и шокирующий, сразу оторвавший сторонников и у Шойгу (а значит, Владимира Путина), так и у Зюганова. Но если связь “Единства” с Путиным пока не оформлена официально (какие бы заявления исполняющий обязанности президента ни делал на учредительном съезде движения “Единство”, они официально не делают движение Шойгу карманной партией Путина, а значит, не носят официального характера), то участие Геннадия Андреевича в этом соглашении доказывать не надо. Зюганов нуждается в союзнике - и согласен на альянс даже с проправительственным объединением. То, что он теряет на этом очки, доказывать уже не надо.

Конечно, сам Зюганов вряд ли за всем этим стоит. Алексей Иванович Подберезкин, при всем моем к нему уважении, не такая крупная политическая фигура, которая может претендовать на реальную власть (во всяком случае, по итогам выборов 26 марта). Но на коммунистический электорат все это влияет плохо. Зюганов постепенно теряет избирателей и чем дольше длится раскол, тем меньше будет число людей, которые согласятся поддержать лидера коммунистов.

Наконец, маленький штрих к портрету партии. Как мы видим, Геннадий Зюганов сделал все от него зависящее, чтобы КПРФ приблизилась к идеалу европейской социал-демократии - разве что не переименовал партию (вот только ниша социал-демократов в России уже занята). Но все равно Западу мало. 23 марта в Мартиге открывается юбилейный тридцатый съезд Коммунистической партии Франции, создававшейся когда-то лично Жаном Дюкло. Так вот в ответ на предложение Геннадия Андреевича посетить это мероприятие лидер французских коммунистов (коммунистов (!) - не социал-демократов) Робер Ю ответил отказом: КПРФ-де еще недостаточно реформировалась, а некоторые ее активисты до сих пор хорошо относятся к Сталину! Вот так-то: реформируйтесь, наступайте на горло собственной песне, но своими для Европы вы все равно не станете!

Социальная опора борца с антинародным режимом.

Вспомним 1993 год. Каков был социальный состав той группы людей, которая защищала Белый дом от ельцинских танков? Там были представители почти всех групп населения - рабочие и служащие, интеллигенция. Было много студентов - а никому не нужно объяснять, что поддержка со стороны молодежи очень важна для любого политического объединения. Все они защищали не коммунистов - а общее дело, советский строй, то есть были объединены не личностью, не программой, а конкретной идеей.

Что же осталось на сегодняшний день? Электорат Зюганова неплохо представляют участники митингов в его поддержку. Где бы и в какой бы форме ни проходили эти митинги, в числе их участников доминируют представители старшего поколения. Нельзя сказать, что идеи коммунистов совершенно непопулярны у современной молодежи, однако здесь социальная опора намного меньше - в основном за счет того, что молодежь, уставшая от политических баталий и не видевшая, с чего все начиналось, преимущественно аполитична. Я бы сравнил нашу политическую историю, начиная с 1988 - 1989 годов с длинным телесериалом, который смотрят только те, кто присутствовал при первых сериях. Человеку, родившемуся в начале 1980-х годов, уже практически невозможно понять, какой персонаж какую роль играет. А непонимание, естественно, влечет за собой отсутствие интереса к происходящему. Молодежь может поддерживать идеи коммунистов. Но опять же, как можно разделять идеи, которые постоянно меняются?

Люди среднего возраста, конечно, хорошо помнят, с чего все начиналось. Но для них Зюганов - не изначальный лидер левых. Кто слышал фамилию Геннадия Андреевича до 1991 года? Тогда на слуху были совсем другие фамилии, забытые сегодня (за исключением одного только Горбачева, который потерпел фиаско на предыдущих выборах и предпочел не позориться на этих). Мне кажется, здесь важнее не отсутствие стабильных идей, а отказ от реальной политической деятельности. Этот слой населения весьма прагматичен и голосует за того, кто обеспечивает его благосостояние (в отличие от молодежи, которой свойственно совершать нелогичные поступки, и от пенсионеров, социальное и экономическое положение которых и так ниже всякой критики), а значит, составит значительную часть электората Путина. Сейчас уже почти неважно, каково экономическое положение избирателя; надежда на возвращение социализма, которую в течение восьми последних лет лелеяли бюджетники и другие представители низкооплачиваемых профессий, практически утрачена.

Вот так и получается, что подавляющую часть электората коммунистов составляют люди преклонного возраста. Их мало интересует программа как таковая. Они привыкли верить слову “коммунисты”, а надежды на возвращение “светлого прошлого” связаны в основном не с экономическим благосостоянием (такого уж изобилия не было и во времена советской власти), а с атрибутами времени. Показательно, что, собираясь на митинги, пожилые люди поют песни военных лет. Людей объединяет победа в Великой Отечественной войне, слава покорителей космоса и память о том времени, когда наша страна была уважаема во всем мире и составляла серьезную конкуренцию США. Зюганов будет кандидатом этой группы людей только до тех пор, пока он поддерживает эти мифы - поет военные песни и вспоминает о былой мощи СССР. Но надо помнить, что ссылаться на прошлое для политика непродуктивно - надо искать пути в будущее, а этого лидер коммунистов как раз и не делает. Пусть Зюганов попробует обнародовать свои методы достижения поставленных целей и попробует начать действовать - его электорат разбежится так же быстро, как в 1992 - 1993 годах растаяли ряды сторонников Ельцина.

Этого, похоже, Зюганов как раз и не хочет признавать - не понимать он просто не может. Обратите внимание: один из его предвыборных роликов сопровождается песней “Священная война”. Агитационный прием, может быть, и неплохой, но чрезмерно эксплуатируемый и с ходом времени перестающий действовать (как все, что используется постоянно). Это окончательно доказывает приоритет идеи и символа над программой не только в предвыборной борьбе Зюганова, но и во всей деятельности КПРФ.

Итак, КПРФ сегодня - это объединение не вокруг программы, а в огромной степени вокруг лидера. Партия идейная постепенно трансформировалась в харизматическое объединение, а это означает, что уход Зюганова с политической арены развалит объединение в считанные дни. Достаточно будет одного неосторожного заявления для того, чтобы идейная структура, в течение многих лет выстраивавшаяся Геннадием Зюгановым, рухнула. Единственная возможность этого избежать - превращение КПРФ в “партию власти”, а для этого как минимум необходимо, чтобы Геннадий Андреевич выиграл эти президентские выборы.

Враги борца с антинародным режимом.

Реализовать поставленную задачу Зюганову будет очень сложно. Слишком многие не позволят ему это сделать.

Во-первых, уже упомянутый Алексей Подберезкин. Думаю, что лидер крайне левых коммунистов в оставшееся время сделает все от него зависящее, чтобы перетянуть на свою сторону как можно больше избирателей. Подберезкин не победит ни в первом туре, ни во втором, но чем большее количество людей проголосует за него, тем крепче будут его политические позиции.

Во-вторых, правые кандидаты. И Григорий Явлинский, и Евгений Савостьянов, и Константин Титов, сколь долго бы они ни спорили друг с другом, конечно, объединятся против Зюганова, если второй тур все-таки состоится, а Геннадий Андреевич станет одним из его участников. Причины этого очевидны.

В-третьих, Владимир Жириновский. До последнего дня все считали, что он поддержит того, кто в первом туре получит поддержку большинства, а если второй тур вообще не состоится, сохранит привычную и выгодную для себя позицию “борца” - но уже не с “антинародным режимом”, как Геннадий Андреевич, а с “коммунистической заразой”. Аналитики предполагали, что лидер ЛДПР отдаст свои голоса Зюганову только в том случае, если тот победит в первом туре голосов, что считалось практически невозможным. Заявление, сделанное Жириновским в интервью днем 21 марта, произвело сенсацию. Плохо верится, что Жириновскому все равно, кому отойдут его голоса - Геннадию Зюганову или Григорию Явлинскому; скорее всего, он ведет какую-то тайную политику, вряд ли направленную на поддержание коммунистов - слишком много между ними в последнее время было разногласий. Никак не соотносятся дневное заявление Жириновского и категорический отказ от альянса с кем бы то ни было, с которым в утренних дебатах на ОРТ выступил представитель Жириновского Алексей Митрофанов. В любом случае, сбрасывать ЛДПР со счета пока рано, равно как не следует считать Владимира Вольфовича потенциальным союзником Геннадия Андреевича.

В-четвертых, Амангельды Тулеев. Губернатор Кемеровской области, как известно, поддерживает с Геннадием Андреевичем добрососедские отношения - в дебатах он однажды назвал его своим “другом”, поспешно поправившись на “товарища”. Рекламный ролик Тулеева не скрывает, что Амангельды Молдагазыевич пришел из КПРФ, где он был “на вес золота” и рассматривался “как козырная карта”. Как бы Тулеев ни дружил с Зюгановым, сейчас он действует против него, потому что вносит ненужный раскол в лагерь левых и играет на руку Путину, которому второй тур выборов совершенно не нужен.

И, наконец, Владимир Путин. Точнее будет сказать, что Путин как таковой не является врагом Зюганова. Соперником - да. Но антикоммунистическую борьбу он, по сути не ведет. Путин прекрасно понимает, что на данном этапе, растеряв сторонников, Геннадий Андреевич по инерции еще наберет относительно большое количество голосов, но в дальнейшем однозначно вынужден будет искать себе новых сторонников или сам примкнут к какой-либо серьезной политической группировке.

Это крайне показательно. Вспомните, как весной прошлого года Зюганов во всех своих выступлениях поддерживал Евгения Примакова. Летом - осенью, когда окончательно оформилась структура движения “Отечество - Вся Россия”, Зюганов не исключал, что будет сотрудничать с блоком Примакова - Лужкова - Яковлева. Зюганов перестает ссориться с членами Совета Федерации, многие из которых первоначально заявили о своем намерении войти в блок ОВР и даже временно прекращает критировать Минтимера Шаймиева, который нападкам со стороны коммунистов (впрочем, весьма обоснованным нападкам) ранее подвергался достаточно часто. Неудача ОВР на выборах сделала альянс Примакова, Лужкова и Зюганова гораздо менее выгодным для коммунистов. Однако в первые дни после голосования многие аналитики всерьез подсчитывали голоса двух группировок в еще не созданной окончательно Государственной Думе. Считалось, что фракции тогда еще единого ОВР и КПРФ будут действовать сообща, и никто не мог предположить, что Зюганов откажется от этого союза и найдет поддержку в проправительственном лагере...

Главный враг Геннадия Андреевича - сам Г. А. Зюганов. Растеряв в ходе политических уступок союзников, он не приобрел новых друзей. Победу в любом многопартийном государстве может одержать только тот человек, который будет в состоянии если не консолидировать общество (как это, может быть, удается сейчас Владимиру Путину), то хотя бы создать предвыборное объединение и получить власть при его поддержке. Конечно, ни Явлинский, ни Титов, ни тем более Савостьянов своей критикой в адрес КПРФ не смогут серьезно уменьшить электорат Зюганова. А вот действия самого Геннадия Андреевича - альянс с “Единством”, снижение накала политической борьбы, отказ от старых целей и т. п. - могут носить для него поистине фатальный характер. Сейчас, похоже, нет необходимости создавать какую бы то ни было антикоммунистическую коалицию (как иногда говорят лидеры КПРФ) - ей просто будет некому противостоять.

Будущее...

Можно бы и здесь написать: “борца с антинародным режимом”, но делать это опасно. Во-первых, мы не знаем, какой режим нас ждет уже в ближайшее время (уже сколько сломано копий о так и не опубликованную программу В. В. Путина). А во-вторых, неясно, будет ли Геннадий Андреевич по-прежнему выступать в качестве борца за народные права.

На что все-таки может рассчитывать лидер коммунистов на предстоящих выборах? Во-первых, ему все же следует побороться за второе место - если не ради себя, то хотя бы для поддержания престижа партии и сбора разбежавшихся союзников. Сейчас для КПРФ как партии необходимо доказать, что она еще пользуется народной поддержкой (хотя об “общенародной” партии говорить нельзя). Во-вторых, Зюганову следует направить все свои усилия на то, чтобы определиться наконец с политическими ориентирами. Нельзя быть со всеми и нельзя быть против всех. Альянса КПРФ и “Яблока”, скорее всего, не будет - у этих двух партий совершенно разные задачи, да и направленность действий не совпадает, а вот альянс с остальными политическими силами - от ЛДПР до “Единства” - для КПРФ пока возможен. Каждый день политической неопределенности сказывается на популярности первого коммуниста крайне пагубно.

В то же время Зюганов - один из наиболее известных за рубежом российских политиков. Он полноправно действует на политической арене Российской Федерации с 1993 года. И, может быть, его надеждам на получение высшей власти в стране все же суждено когда-нибудь сбыться. До выборов - считанные дни...

Обозреватель Роман Зарапин

На страницу назад

 
Архив наших публикаций
2000 01 02 03 04 05 06 07 08 09 10 11 12
 
©1999-2010 CSR Research (ООО "Центр социальных исследований и маркетинговых технологий")
Статистика
Rambler's Top100

Разместите наш баннер
Vybory.ru: Выборы в России